Главная Карта сайта Отправить письмо
На главную
 Ежедневно 09.00 - 21.00, включая выходные дни, Вам ответят на все вопросы о возможностях, перспективах и условиях оказания юридической помощи...  (495) 726-2650
(многоканальный)
КОНТАКТЫ
ОТКРЫТ НОВЫЙ ПОРТАЛ ЦЕНТРА ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ

Гражданское законодательство - Обзоры судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (в части судебной практики по гражданским делам) - Обзоры судебной практики

 

Утвержден постановлением Президиума

Верховного Суда Российской Федерации

от 3 июня 2009 года

 

ОБЗОР

законодательства и судебной практики

Верховного Суда Российской Федерации

за первый квартал 2009 года

 

Судебная практика по гражданским делам

 

 

1. Вопросы, касающиеся возмещения реабилитированному имущественного вреда, восстановления его трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав, согласно ч. 1 ст. 135, ч. 1 ст. 396, п. 1 ст. 397 УПК РФ разрешаются судом, постановившим приговор.

 

 

П. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением к Министерству финансов Российской Федерации и Федеральному казначейству Российской Федерации о возмещении материального и морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

 

Определением судьи в принятии заявления в части требований о возмещении материального вреда отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ. В части требований о возмещении морального вреда заявление возвращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ.

 

Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации определение судьи оставила без изменения, указав следующее.

 

Отказывая П. в принятии заявления в части возмещения ущерба, причинённого ему незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, судья Верховного Суда Российской Федерации обоснованно исходил из того, что указанное требование не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку рассматривается в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

 

Вопросы, касающиеся возмещения вреда реабилитированному, восстановления его трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав, в соответствии с ч. 1 ст. 396, п. 1 ст. 397, ч. 1 ст. 135 УПК РФ разрешаются судом, постановившим приговор.

 

В принятии заявления в указанной части требования на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ судьёй отказано правомерно.

Что касается требования П. компенсации морального вреда в связи с нарушением его гражданских прав как реабилитированному, то такие иски предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 УПК РФ), поэтому заявление в этой части требований судьёй обоснованно возвращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ в связи с его неподсудностью данному суду.

 

В статье 27 ГПК РФ, определяющей исключительную подсудность дел Верховному Суду Российской Федерации, приведен перечень категорий гражданских дел, подлежащих рассмотрению в Верховном Суде Российской Федерации в качестве суда первой инстанции.

 

Требование взыскания компенсации морального вреда, с которым обратился заявитель, не входит в перечень дел, предусмотренных ст. 27 ГПК РФ.

 

Таким образом, вывод судьи о том, что рассмотрение заявления в указанной части не относится к исключительной компетенции Верховного Суда Российской Федерации, правомерен.

 

Данные требования рассматриваются районным судом в качестве суда первой инстанции (ст. 24 ГПК РФ).

 

Оснований для принятия к производству Верховного Суда Российской Федерации по первой инстанции требований, не отнесенных законом к его исключительной подсудности, не установлено.

 

Заявление в указанной части в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ судьёй возвращено обоснованно.

 

Определение по делу № КАС08-547

 

Процессуальные сроки

 

2. Иск о восстановлении на работе к ОАО «Российские железные дороги»может быть подан заявителем в суд по месту исполнения трудового договора.

 

И. обратилась с иском к ОАО «Российские железные дороги» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в районный суд города Твери.

 

Определением районного суда, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда, исковое заявление И. возвращено без рассмотрения в связи с неподсудностью дела данному районному суду.

 

Истице разъяснено её право подать иск в соответствующий районный суд города Москвы, по месту нахождения ответчика.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные постановления, направила дело в районный суд города Твери для рассмотрения по существу, указав следующее.

 

Возвращая исковое заявление И., суд пришёл к выводу о том, что данное дело подсудно соответствующему районному суду города Москвы, по месту нахождения ответчика - ОАО «Российские железные дороги», поскольку иск, вытекающий из трудовых отношений, подлежит предъявлению в суд по общему правилу о подсудности, предусмотренному ст. 28 ГПК РФ.

 

Между тем, как видно из копии трудовой книжки истицы, она была принята на работу в локомотивное депо «Тверь» Московского отделения Октябрьской железной дороги - филиала ОАО «Российские железные дороги»; в трудовом договоре определено место его исполнения – город Тверь.

 

Трудовой договор с истицей был заключён в городе Твери, там же был вынесен приказ о его расторжении, то есть совершено конкретное действие, которое оспаривается. Поскольку место исполнения истицей трудовых обязанностей, согласно трудовому договору, – место нахождения локомотивного депо «Тверь» Московского отделения Октябрьской железной дороги, истица имела право на предъявление иска о восстановлении на работе именно по месту исполнения ею обязанностей по трудовому договору.

 

В соответствии с пп. 2 и 9 ст. 29 ГПК РФ иск к организации, вытекающий из деятельности её филиала или представительства, может быть предъявлен также в суд по месту нахождения её филиала или представительства.

 

Определение по делу № 35-В09-1

 

 

3. Отказ прокурору в принятии заявления, поданного им в защиту интересов несовершеннолетних детей, оставшихся без попечения родителей, признан незаконным.

 

Прокурор в порядке ч. 1 ст. 45 ГПК РФ обратился в суд в интересах несовершеннолетних сестёр А. (воспитанницы дома-интерната для умственно отсталых детей), 2000 года рождения, и Я. (воспитанницы школы-интерната) с заявлением к местной администрации, в котором просил обязать её произвести ремонт закреплённого за несовершеннолетними жилого помещения и осуществить контроль за его сохранностью.

 

Отказывая прокурору в принятии заявления, суд исходил из того, что администрации детских учреждений, где находятся дети, являются опекунами, осуществляют защиту их прав и законных интересов. Каких-либо доказательств, препятствующих самостоятельному обращению в суд самих учреждений, прокурор не представил.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила решение суда и определение суда кассационной инстанции, оставившего решение суда без изменения, и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее.

 

В соответствии с ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина. Такое заявление может быть подано прокурором в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд.

 

В силу действующего законодательства право прокурора на обращение в суд в интересах несовершеннолетнего гражданина не зависит от наличия либо отсутствия у ребёнка законного представителя, обладающего правом на такое обращение, но не использующего его.

 

Реализация прокурором полномочий, предусмотренных названной статьёй, в части предъявления заявлений в интересах несовершеннолетних служит гарантией защиты прав несовершеннолетнего и свидетельствует о заботе и охране интересов ребенка со стороны государства.

 

Ссылка в определении на положения ч. 5 ст. 37 ГПК РФ, согласно которой права несовершеннолетних защищают их законные представители, сделана без учёта того, что указанная норма подразумевает альтернативу при защите прав несовершеннолетних иными лицами, которым это право предоставлено по закону.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации пришла к выводу, что судебная защита прав детей, оставшихся без попечения родителей, которая в соответствии с действующим законодательством должна осуществляться государством, возможна и путём обращения в суд прокурора.

 

Определение по делу № 75-Впр08-39

 

4. Иная оценка имеющихся в деле доказательств сама по себе не может являться основанием для отмены в порядке надзора решения суда, вступившего в законную силу.

Суд первой инстанции, решение которого оставлено без изменения судом кассационной инстанции, установив факт незаконного привлечения истицы Т. к уголовной ответственности (по приговору районного суда, вступившему в законную силу, Т. оправдана за отсутствием в её действиях состава преступления) и незаконного применения в отношении её в качестве меры пресечения подписки о невыезде, удовлетворил её требования о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации денежной компенсации морального вреда.

 

Постановлением президиума краевого суда (надзорное производство возбуждено по жалобе прокурора) судебные постановления судов первой и кассационной инстанций отменены, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.

 

В обоснование отмены состоявшихся судебных постановлений президиум краевого суда сослался на то, что в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие вывод суда о наличии причинной связи между незаконными действиями органов следствия и перенесёнными истицей физическими страданиями, а также на то, что при определении размера возмещения морального вреда судом не были учтены требования разумности и справедливости, а потому сумма компенсации морального вреда, взысканная в пользу истицы, является завышенной.

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила постановление президиума краевого суда, признав его незаконным, и оставила в силе решения судов первой и кассационной инстанций, указав следующее.

 

В соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы.

 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» разъяснил, что права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, а также международным договорам Российской Федерации являются непосредственно действующими в пределах юрисдикции Российской Федерации. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (п.1).

 

В силу п. 10 названного постановления Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признаёт юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст. 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учётом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

При проверке судебных постановлений по настоящему делу в порядке надзора, президиум краевого суда нарушил принцип правовой определенности, вытекающий из положений ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

Согласно п. 1 ст. 6 Конвенции каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

 

Как указал Европейский Суд по правам человека по делу «Рябых против Российской Федерации» в решении от 24 июля 2003 года, право на судебное разбирательство, гарантированное п. 1 ст. 6 Конвенции, должно толковаться в свете преамбулы к Конвенции, в которой, в соответствующей её части, верховенство права признаётся частью общего наследия Договаривающихся государств. Одним из основополагающих аспектов верховенства права является принцип правовой определённости, который, среди прочего, требует, чтобы принятое судами окончательное решение не могло быть оспорено. Правовая определённость подразумевает недопустимость повторного рассмотрения однажды решённого дела. Принцип устанавливает, что ни одна из сторон не может требовать пересмотра окончательного и вступившего в законную силу постановления только в целях проведения повторного слушания и получения нового постановления. Полномочие вышестоящего суда по пересмотру дела должно осуществляться в целях исправления судебных ошибок, неправильного отправления правосудия, а не пересмотра по существу. Пересмотр не может считаться скрытой формой обжалования, в то время как лишь наличие двух точек зрения по одному вопросу не может являться основанием для пересмотра. Отступления от этого принципа оправданны, только когда они являются обязательными в силу обстоятельств существенного и непреодолимого характера.

 

Правовая позиция Европейского Суда по правам человека в отношении пересмотра судебных постановлений в порядке надзора нашла свое отражение в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2008 г. № 2 «О применении норм гражданского процессуального законодательства в суде надзорной инстанции в связи с принятием и введением в действие Федерального закона от 4 декабря 2007 г. № 330-ФЗ «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации», в соответствии с п. 6 которого, отмена или изменение судебного постановления в порядке надзора допустимы лишь в случае, если без устранения судебной ошибки, имевшей место в ходе предшествующего разбирательства и повлиявшей на исход дела, невозможно восстановление и защита существенно нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защищаемых законом публичных интересов.

 

Принцип правовой определенности предполагает, что суд не вправе пересматривать вступившее в законную силу постановление только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления. Иная точка зрения суда надзорной инстанции на то, как должно быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены или изменения судебного постановления нижестоящего суда.

 

Определение по делу № 18-В08-55

 

5. Если в исполнительном производстве должник (федеральное бюджетное учреждение) упразднен, то исполнительный документ об обращении взыскания на средства федерального бюджета по денежным обязательствам этого учреждения направляется в орган Федерального казначейства Министерства финансов Российской Федерации.

 

Определение по делу № 5-Г09-2

 

Производство по делам об административных правонарушениях

 

6. Нарушение требования о всестороннем, полном и объективном выяснении всех обстоятельств по делу, допущенное при рассмотрении дела об административном правонарушении, без устранения которого невозможна защита охраняемых законом публичных интересов, повлекло отмену состоявшихся по делу судебных постановлений.

 

Прекращая производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 18.8 КоАП РФ, в отношении Х. в связи с отсутствием события административного правонарушения, судья районного суда в постановлении указал, что Х. имеет гражданство Российской Федерации (указан номер и серия паспорта гражданина Российской Федерации) и зарегистрирован по месту жительства в установленном месте. Однако данный вывод судьи материалами дела не подтверждён.

 

Дело неоднократно рассматривалось судебными инстанциями.

 

В протесте, внесённом прокурором в Верховный Суд Российской Федерации, содержатся доводы о том, что согласно заключению о результатах служебной проверки, проведённой отделом территориального управления Федеральной миграционной службы по факту выдачи Х. паспорта, гражданство Российской Федерации в установленном законом порядке он не приобретал, в базе Департамента консульской службы Министерства иностранных дел Российской Федерации не значится. Кроме того, имеются сведения о том, что указанный паспорт был сдан Х. в территориальное управление Федеральной миграционной службы как необоснованно выданный. Согласно акту об уничтожении недействительных паспортов паспорт, выданный на имя Х., был уничтожен.

 

Однако данные обстоятельства в нарушение ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела судом не выяснялись.

 

Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации отменил состоявшиеся по делу судебные постановления, указав следующее.

 

Исходя из положений ст. 46, ч. 1 ст. 50, ст. 55 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с положениями ст. 4 Протокола № 7 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года произвольное изменение правового режима для лица, в отношении которого вынесено окончательное постановление, невозможно - поворот к худшему для осужденного (оправданного) при пересмотре вступившего в законную силу постановления, как правило, недопустим.

 

Вместе с тем Конвенция о защите прав человека и основных свобод в п. 2 ст. 4 Протокола № 7 (в редакции Протокола № 11) устанавливает, что право не привлекаться повторно к суду или повторному наказанию не препятствует повторному рассмотрению дела в соответствии с законом соответствующего государства, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или если в ходе предыдущего разбирательства было допущено имеющее фундаментальный, принципиальный характер существенное нарушение, повлиявшее на исход дела.

 

Требования правовой определённости и стабильности не являются абсолютными и не препятствуют возобновлению производства по делу в связи с появлением новых или вновь открывшихся обстоятельств либо при обнаружении существенных нарушений, которые были допущены на предыдущих стадиях процесса и привели к неправильному разрешению дела.

 

Поскольку на момент рассмотрения протеста прокурора в Верховном Суде Российской Федерации срок давности привлечения к административной ответственности, установленный ч. 1 ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел, не истек, дело направлено на новое рассмотрение в районный суд.

 

Постановление № 5-АД08-7

 

Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике. Процессуальные вопросы

 

Вопрос 1: Имеет ли ответчик право на возмещение расходов на оплату услуг представителя в случае оставления без рассмотрения искового заявления на основании абзаца восьмого ст. 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации?

 

Ответ: В соответствии с абзацем восьмым ст. 222 ГПК РФ суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если истец, не просивший о разбирательстве дела в его отсутствие, не явился в суд по вторичному вызову, а ответчик не требует рассмотрения дела по существу.

 

Правовая норма, регулирующая вопрос возмещения ответчику расходов на оплату услуг представителя в случае оставления искового заявления без рассмотрения в соответствии с абзацем восьмым ст. 222 ГПК РФ, в Гражданском процессуальном кодексе Российской Федерации отсутствует.

 

В соответствии с ч. 4 ст. 1 ГПК РФ в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникшие в ходе гражданского судопроизводства, федеральные суды общей юрисдикции и мировые судьи применяют норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона).

 

В связи с этим в случае оставления искового заявления без рассмотрения на основании абзаца восьмого ст. 222 ГПК РФ следует руководствоваться ч. 4 ст. 1 и ч. 1 ст. 101 ГПК РФ. Согласно ч. 1 ст. 101 ГПК РФ при отказе истца от иска истец возмещает ответчику издержки, понесённые им в связи с ведением дела.

 

 

Вопрос 2: Следует ли в случае оспаривания действий, постановлений судебного пристава-исполнителя привлекать к участию в деле обе стороны исполнительного производства? Возможно ли привлечение к участию в деле в качестве заинтересованных лиц иных лиц, права которых могут затрагиваться вынесенным решением?

 

Ответ: В соответствии с ч. 1 ст. 441 ГПК РФ постановления судебного пристава-исполнителя, его действия (бездействие) могут быть оспорены взыскателем, должником или лицами, чьи права и интересы нарушены такими постановлением, действиями (бездействием).

 

Из частей второй и третьей данной нормы следует, что заявление об оспаривании постановлений должностного лица службы судебных приставов, его действий (бездействия) подаётся в суд, в районе деятельности которого исполняет свои обязанности указанное должностное лицо, в десятидневный срок со дня вынесения постановления, совершения действий либо со дня, когда взыскателю, должнику или лицам, чьи права и интересы нарушены такими постановлением, действиями (бездействием), стало известно о нарушении их прав и интересов, и рассматривается в порядке, предусмотренном главами 23 и 25 Кодекса, с изъятиями и дополнениями, предусмотренными указанной статьёй.

 

Статья 246 ГПК РФ предусматривает, что дела, возникающие из публичных правоотношений, рассматриваются и разрешаются судьей по общим правилам искового производства с особенностями, установленными этой главой, главами 24 – 26 Кодекса и другими федеральными законами.

 

В свою очередь из положений ч. 1 ст. 257 ГПК РФ следует, что заявление об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного и муниципального служащего рассматривается судом в течение десяти дней с участием гражданина, руководителя или представителя органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, решения, действия (бездействие) которых оспариваются.

 

Неявка в судебное заседание кого-либо из указанных в части первой данной статьи лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению заявления (ч. 2 ст. 257 ГПК РФ).

 

Таким образом, стороны исполнительного производства должны быть извещены надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, однако их неявка не является препятствием к рассмотрению заявления.

 

Если заявленное требование непосредственно касается кого-либо из лиц, не участвующих в деле, и решение по делу затрагивает его права и обязанности, то привлечение такого лица к участию в деле в качестве заинтересованного лица является обязательным.

 

Вопросы, возникающие из трудовых, пенсионных и социальных правоотношений

 

Вопрос 3: Имеют ли право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с подп. 13 п. 1 ст. 27 Закона Российской Федерации от 17 декабря 2002 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» бортовые операторы воздушных судов гражданской авиации?

 

Ответ: Трудовые пенсии по старости, в том числе назначаемые досрочно, устанавливаются в соответствии с Законом Российской Федерации от 17 декабря 2002 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

 

В силу подп. 13 п. 1 ст. 27 названного Закона трудовая пенсия по старости досрочно назначается мужчинам, проработавшим не менее 25 лет, и женщинам, проработавшим не менее 20 лет в летном составе гражданской авиации, а при оставлении летной работы по состоянию здоровья – мужчинам, проработавшим не менее 20 лет, и женщинам, проработавшим не менее 15 лет в указанном составе гражданской авиации.

 

Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается трудовая пенсия, предусмотренная пунктом первым данной статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации (п.2 ст. 27 Закона от 17 декабря 2002 г.).

 

Как установлено подп. «з» п. 1 постановления Правительства Российской Федерации от 18 июля 2002 г. № 537 «О списках производств, работ, профессий и должностей, с учётом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со ст. 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», при досрочном назначении трудовой пенсии по старости работникам, занятым в лётном составе гражданской авиации, применяется Список должностей работников летного состава авиации, утверждённый постановлением Совета Министров РСФСР от 4 сентября 1991 г. № 459. Согласно пункту первому данного Списка к должностям работников лётного состава отнесены члены экипажей воздушных судов.

 

Таким образом, пенсионное законодательство, не определяя перечня должностей лётного состава гражданской авиации, относит к лицам, приобретающим право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, всех членов экипажей воздушных судов и летательных аппаратов независимо от того, в какой должности они работают, тем самым устанавливая самостоятельное правовое регулирование в области пенсионного обеспечения. Поэтому право на пенсию по старости досрочно в связи с работой в гражданской авиации приобретают члены экипажей воздушных судов гражданской авиации, которые в соответствии с другими федеральными законами или ведомственными нормативными правовыми актами отнесены к членам экипажа воздушных судов гражданской авиации.

 

В силу п. 1 ст. 56 Воздушного кодекса Российской Федерации экипаж воздушного судна состоит из лётного экипажа (командира, других лиц лётного состава) и кабинного экипажа (бортоператоров и бортпроводников). Состав экипажа воздушного судна определённого типа устанавливается в соответствии с требованиями к летной эксплуатации воздушного судна данного типа (п. 2 ст. 56 ВК РФ).

 

Из данных нормативных актов следует, что бортоператоры относятся к кабинному экипажу и в совокупности с лётным экипажем образуют экипаж воздушного судна.

 

На основании изложенного бортовые операторы воздушных судов гражданской авиации имеют право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с подп. 13 п. 1 ст. 27 Закона Российской Федерации от 17 декабря 2002 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

 

Вопрос 4: Какая дата считается датой наступления страхового случая, если повреждение здоровья наступило вследствие хронического профессионального заболевания?

 

Ответ: В соответствии с п. 5 ст. 12 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в редакции от 7 июля 2003 г.), если страховой случай наступил после окончания срока действия трудового договора (контракта), по желанию застрахованного учитывается его заработок до окончания срока действия указанного договора (контракта) либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

 

Основанием исчисления среднемесячного заработка застрахованного для определения размера ежемесячной страховой выплаты из его заработка до окончания срока действия трудового договора является наступление страхового случая после окончания срока действия указанного договора (контракта). Ввиду этого юридическое значение приобретает уяснение даты наступления страхового случая.

 

В силу статьи третьей названного Федерального закона страховым случаем признаётся подтверждённый в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного, в том числе вследствие профессионального заболевания, который влечёт возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

 

Из содержания приведённых выше положений следует, что профессиональное заболевание как правовое событие – это сочетание нескольких юридических фактов (юридический состав).

 

Профессиональное заболевание как правовое событие определяется следующим юридическим составом:

наступлением хронического заболевания (юридический факт) (1), возникшего под воздействием вредного (вредных) производственного фактора (факторов) (юридический факт) (2), повлекшего временную (юридический факт) или стойкую утрату застрахованным лицом профессиональной трудоспособности (юридический факт) (3).

 

Страховой случай – это правовое состояние (повреждение здоровья), занимающее самостоятельное место среди юридических фактов, которое является результатом правового события (профессионального заболевания), характеризующееся совокупностью юридических фактов и влекущее возникновение правоотношений по страхованию.

 

Поэтому профессиональное заболевание не будет являться страховым случаем (фактом повреждения здоровья), если хотя бы один из юридических фактов, его составляющих, не будет установлен.

 

Профессиональные хронические заболевания устанавливаются специализированными лечебно-профилактическими учреждениями, клиниками или отделами профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделений, а причинно-следственная связь этих заболеваний с вредными условиями труда, длительностью и интенсивностью их воздействия по месту работы заболевшего работника (застрахованного лица) - комиссиями по расследованию профессиональных заболеваний в порядке, установленном Положением о расследовании и учёте профессиональных заболеваний, утверждённым постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний».

 

Что же касается стойкой утраты застрахованным лицом профессиональной трудоспособности (завершающий этап установления профессионального заболевания), то она устанавливается медико-социальными экспертными комиссиями.

 

Поэтому датой наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие хронического профессионального заболевания является дата установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности.

 

 

Вопрос 5: На какой момент (обращения за выплатами, получения повреждения здоровья либо окончания срока действия трудового договора) следует определять «обычный размер вознаграждения работника», предусмотренный п. 5 ст. 12 Федерального закона от 24 июля 1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» для исчисления страховых выплат застрахованным лицам?

 

Ответ: Обеспечение по обязательному социальному страхованию лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

 

Согласно п. 5 ст. 12 названного Федерального закона (в редакции от 7 июля 2003 г.), если страховой случай наступил после окончания срока действия трудового договора (контракта), по желанию застрахованного учитывается его заработок до окончания срока действия указанного договора (контракта) либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

 

Данная норма содержит указание на виды заработка, которые могут учитываться для исчисления страховой выплаты. Пострадавший (застрахованное лицо) вправе выбрать для исчисления страховой выплаты заработок, который он получал до окончания срока действия трудового договора либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности.

 

Под «обычным размером вознаграждения работника» понимается заработок работника по однородной (одноименной) профессии, квалификации в одной и той же местности с профессией пострадавшего (квалификацией застрахованного лица).

 

Если пострадавший (застрахованное лицо), реализовав предоставленное ему право выбора, избрал для исчисления страховой выплаты «обычный размер вознаграждения работника», то применительно к п. 7 ст. 12 Федерального закона от 24 июля 1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» указанный размер вознаграждения должен определяться на момент обращения за страховой выплатой.

 

Вопросы, возникающие из публичных правоотношений

 

Вопрос 6: За счёт средств какого бюджета – федерального или субъекта Российской Федерации – оплачивается юридическая помощь адвоката, оказываемая им бесплатно при рассмотрении судом материала о помещении несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел?

 

Ответ: Правовое регулирование отношений, возникающих в связи с деятельностью по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, осуществляется в соответствии с Федеральным законом от 24 июня 1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних». В целях соблюдения прав детей, не достигших совершеннолетия, материалы о помещении их в центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (ЦВСНП) рассматриваются судом. Наряду с несовершеннолетним, его родителями или иными законными представителями, прокурором, представителями центра временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органа внутренних дел, в судебной процедуре обязательно участвует адвокат (ст. 31.2 вышеназванного Федерального закона).

 

Порядок оплаты труда адвоката, оказывающего юридическую помощь в данном случае, действующим законодательством не определен.

 

Согласно п. «в» ст. 71, п. «в» ст. 72 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи со ст. 76 Конституции Российской Федерации защита прав и свобод человека и гражданина относится как к сфере ведения Российской Федерации, так и к сфере совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. При этом вопросы её регулирования остаются в исключительном ведении Российской Федерации.

 

Определяя полномочия субъектов Российской Федерации в области финансирования расходов на оплату труда адвоката, оказывающего юридическую помощь гражданам Российской Федерации бесплатно, федеральный законодатель в п. 3 ст. 26 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» предусмотрел, что юридическая помощь оказывается во всех случаях бесплатно несовершеннолетним, содержащимся в учреждениях системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.

 

Названная норма сформулирована императивно и на стадию принятия судом решения о помещении несовершеннолетнего в ЦВСНП не распространяется.

 

Совершивший общественно опасное деяние или административное правонарушение несовершеннолетний, в отношении которого решается вопрос о помещении в ЦВСНП, не является субъектом уголовно-правовых отношений. Вопрос о его временной изоляции решается в порядке гражданского судопроизводства с участием адвоката, назначаемого судом на основании ст. 50 ГПК РФ, что в данном случае является процессуальной гарантией, обеспечиваемой государством.

 

В том случае, когда федеральный законодатель, установив определенные гарантии, не урегулировал вопросы их финансирования, если от этого зависит реализация вытекающих из Конституции Российской Федерации прав и законных интересов граждан, взыскание должно производиться за счет средств федерального бюджета.

 

Кроме того, из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 января 2007 г. № 1-П следует, что в вопросах регулирования сходных отношений федеральный законодатель должен придерживаться единых норм и принципов.

 

Следовательно, если адвокат участвует в судебном разбирательстве по назначению суда, все расходы по оказанию им юридической помощи принимает на себя государство.

 

В силу ч. 4 ст. 1 и ч. 3 ст. 11 ГПК РФ в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникшие в ходе гражданского судопроизводства, а также при отсутствии норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы, регулирующие сходные отношения (аналогия закона).

 

Поскольку нормы, определяющие порядок и размер оплаты труда адвоката, назначаемого в качестве представителя по гражданскому делу на основании ст. 50 ГПК РФ, отсутствуют, то применению подлежат нормы, регулирующие оплату труда адвоката, назначаемого по уголовным делам.

 

Статья 25 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ (в редакции от 24 июля 2007 г.) «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» предусматривает, что в том случае, когда адвокат участвует в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, предварительного следствия, прокурора или суда, оплата его труда компенсируется за счёт средств федерального бюджета. Данная норма согласуется со ст. 50 УПК РФ.

 

В соответствии с требованиями и во исполнение вышеназванных статей Правительство Российской Федерации приняло постановление от 4 июля 2003 г. № 400 «О размере оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда» (в редакции от 22 июля 2008 г.), в котором определено, что финансовое обеспечение участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению следственных органов или суда осуществляется за счёт средств федерального бюджета в пределах бюджетных ассигнований, предусматриваемых на соответствующий год, федеральным государственным органам, наделённым полномочиями по назначению адвокатов, и Судебному департаменту при Верховном Суде Российской Федерации на руководство и управление в сфере установленных функций.

 

На основании изложенного оплата труда адвоката, участвующего в качестве защитника по назначению суда при рассмотрении материала о помещении несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел, компенсируется за счёт средств федерального бюджета.

 

Вопросы применения Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

 

Вопрос 7: Правомерно ли привлечение юридического лица к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.5 КоАП РФ за неисполнение в установленный срок законного предписания органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор (контроль), об устранении нарушений природоохранного законодательства в течение года со дня совершения административного правонарушения?

 

Ответ: По общему правилу постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев со дня совершения административного правонарушения, за исключением случаев, прямо указанных в ст. 4.5 КоАП РФ.

 

Согласно ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ за нарушение законодательства Российской Федерации в области охраны окружающей природной среды лицо может быть привлечено к административной ответственности не позднее одного года со дня совершения административного правонарушения.

 

Вместе с тем ч. 1 ст. 19.5 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за невыполнение в установленный срок законного предписания (постановления, представления, решения) органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор, об устранении нарушений законодательства.

 

Объектом данного административного правонарушения является установленный законом порядок управления, и в частности контрольно-надзорные правоотношения, возникающие между субъектами контроля (надзора) и субъектами, деятельность которых подвергается контролю (надзору).

 

Объективную сторону правонарушения составляет невыполнение в установленный срок законного предписания органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор (контроль), об устранении нарушений законодательства.

 

Субъектом ответственности являются граждане, должностные лица, юридические лица.

 

Субъективную сторону правонарушения характеризует умысел.

 

С учетом вышеизложенного, неисполнение юридическим лицом предписания органа, осуществляющего государственный контроль (надзор), об устранении нарушений природоохранного законодательства не представляет само по себе нарушение норм законодательства об охране окружающей среды.

 

Таким образом, срок давности привлечения к административной ответственности юридического лица по ч. 1 ст. 19.5 КоАП РФ за неисполнение в установленный срок законного предписания органа (должностного лица), осуществляющего государственный надзор (контроль), об устранении нарушений законодательства об охране окружающей природной среды составляет два месяца со дня истечения срока, установленного для исполнения конкретного мероприятия в предписании.

 

Информация для сведения

 

1. В связи с обращением Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации В.П. Лукина в Верховный Суд Российской Федерации до сведения судей доводится следующая информация.

 

В соответствии с Федеральным конституционным законом от 26 февраля 1997 г. № 1-ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации вправе выступать в качестве самостоятельного субъекта обжалования вступивших в законную силу судебных актов судов общей юрисдикции.

 

Ходатайство Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта подлежит рассмотрению в порядке, установленном процессуальным законодательством Российской Федерации.

 

 

2. В Верховный Суд Российской Федерации поступило письмо исполнительного директора Всероссийского союза страховщиков Н.И. Малышева, в котором говорится об имеющихся случаях привлечения судами по делам по искам о взыскании компенсационных выплат на основании Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»

в качестве ответчика (соответчика) Всероссийский союз страховщиков.

 

В связи с этим до сведения судей доводится следующая информация.

 

Всероссийский союз страховщиков не является страховой организацией, осуществляющей страховые операции, и не выступает гарантом страховщиков и иных лиц.

 

Всероссийский союз страховщиков не отвечает по обязательствам своих членов (подп. 5 п. 4 Устава Всероссийского союза страховщиков, утвержденного Всероссийским собранием страховых организаций и объединений 15 марта 1994 г.).

 

Согласно положениям ст. 18 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в случаях, если страховая выплата по обязательному страхованию не может быть осуществлена вследствие указанных в данной статье причин (применения к страховщику процедуры банкротства, отзыва у страховщика лицензии и др.), потерпевший имеет право на получение компенсационной выплаты.

 

По требованиям потерпевших компенсационные выплаты осуществляются профессиональным объединением страховщиков

(п. 1 ст. 19 Федерального закона № 40-ФЗ).

 

Как следует из подп. 3 п. 2.2 Устава Российского союза автостраховщиков, утвержденного учредительным собранием 8 августа 2002 г., осуществление компенсационных выплат потерпевшим в соответствии с требованиями Федерального закона № 40-ФЗ, а также реализация прав требования, предусмотренных статьёй двадцатой указанного Федерального закона, является основным предметом деятельности Российского союза автостраховщиков.

 

Следовательно, ответчиком (соответчиком) по делам по искам о взыскании компенсационных выплат на основании Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» должен выступать Российский союз автостраховщиков.

 

Практика Европейского Суда по правам человека. Извлечения из постановлений

  

1. Фундаментальные нарушения права как основание для отмены вступившего в законную силу судебного постановления.

 

В постановлении по делу «Пшеничный против России» от 14 февраля 2008 г. Европейский Суд установил нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции, выразившееся в отмене судом надзорной инстанции вступившего в законную силу решения суда, вынесенного в пользу заявителя.

 

Позиция Европейского Суда: «В отсутствие фундаментального дефекта в слушаниях несогласие стороны с оценкой, сделанной судом первой инстанции и апелляционным судом, не было обстоятельством существенного и непреодолимого характера, гарантирующего аннулирование признанного и подлежащего осуществлению постановления и повторного открытия слушания по требованию заявителя».

 

«Только ошибки в фактах, которые, возможно, не были исправлены обычной апелляцией, поскольку стали очевидными только после того, как решение приобрело обязательную силу, можно было бы считать обстоятельством существенного и неопределимого характера, оправдывающего отход от принципа юридической однозначности».

 

 

 

2. Исследование судом материалов, послуживших основанием для отказа компетентного органа в предоставлении иностранному гражданину вида на жительство и его последующей депортации, является правовым средством защиты от произвольного вмешательства в права человека.

 

В постановлении по делу «Лю и Лю против России» от 6 декабря 2007 г. Европейский Суд установил нарушение ст. 5 и 8 Конвенции, выразившееся в принудительном исполнении решения о депортации иностранного гражданина, которому отказано в предоставлении вида на жительство.

 

Позиция Европейского Суда: Внутригосударственное право обеспечило возможность оспаривать решение (о депортации) в суде. «Однако суды Российской Федерации не имели возможности эффективно оценить, было ли решение оправданным, поскольку материалы, на которых было основано решение, в суды в полном объёме представлены не были. Доводы местного органа внутренних дел сводились к утверждению о том, что он располагал сведениями, что заявитель представлял угрозу государственной безопасности. Содержание этих сведений не сообщалось ни заявителям, ни судам на том основании, что оно составляло государственную тайну.»

 

«Непредставление соответствующей информации судам лишило их возможности оценить, был ли вывод о том, что заявитель представлял угрозу государственной безопасности, основан на фактах. Следовательно, судебное рассмотрение было ограниченным и не предоставляло достаточных гарантий против произвольного осуществления широкой свободы усмотрения, предоставленной законодательством Российской Федерации Министерству внутренних дел Российской Федерации в случаях, касающихся государственной безопасности.»

Постановление опубликовано:

Бюллетень Европейского суда

по правам человека.

Российское издание. 2008. N 8. С. 104 - 120.

 

 

3. Неисполнение решения суда о взыскании с государственного унитарного предприятия в пользу гражданина денежных средств не может быть обосновано фактом ликвидации этого предприятия.

 

В постановлении по делу «Григорьев против России» от 12 апреля 2007 года Европейский Суд установил нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции, выразившееся в длительном неисполнении решения суда, вынесенного в пользу заявителя.

 

Позиция Европейского Суда: «В соответствии с законодательством Российской Федерации собственник унитарного предприятия сохраняет право собственности на имущество предприятия, утверждает его сделки с этой собственностью, контролирует управление предприятием и принимает решения относительно того, следует ли предприятию продолжать свою деятельность или его необходимо ликвидировать.» «Государство должно нести ответственность за долги федерального государственного унитарного предприятия».

 

«Органы государственной власти не могут ссылаться на нехватку денежных средств или иных ресурсов в качестве оправдания непогашения задолженности государства.

 

Точно так же государство не может оправдывать неисполнение судебного решения по иску к государственному предприятию ликвидацией этого предприятия».

 

Постановление опубликовано:

Бюллетень Европейского суда

по правам человека.

Российское издание. 2008. N 8. С. 85 - 92.

 

Судебная практика Военной коллегии по гражданским делам

 

1. Увольнение военнослужащего, не обеспеченного жилым помещением и отказавшегося получить таковое в закрытом военном городке, признано незаконным.

 

Решением Самарского гарнизонного военного суда признаны незаконными и недействующими с момента издания приказа командиров воинских частей от 12 февраля 2007 г. и от 18 апреля 2007 г. об увольнении Н. в запас по достижении предельного возраста пребывания на военной службе и исключении его из списков личного состава части и возложена на указанных лиц обязанность по восстановлению Н. на военной службе в ранее занимаемой должности с обеспечением всеми положенными видами довольствия с даты незаконного исключения из этих списков.

 

Кроме того, суд обязал командира и жилищную комиссию воинской части предоставить Н. жилое помещение установленным порядком.

 

Кассационным определением Приволжского окружного военного суда решение отменено и принято новое решение об отказе в удовлетворении заявления Н.

 

Военная коллегия отменила кассационное определение и оставила в силе решение по следующим основаниям.

 

Принимая по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований заявителя, суд кассационной инстанции указал в определении, что с учётом неоднократного отказа Н. от предоставления служебного жилья по месту военной службы следует признать его обеспеченным жильём по месту военной службы, что даёт командованию право на увольнение заявителя с военной службы в запас.

 

Данный вывод окружного военного суда является необоснованным.

 

Из материалов дела усматривается, что Н., общая продолжительность военной службы которого составляет более 10 лет, проживающий вместе с семьей в общежитии, признанный в установленном порядке нуждающимся в жилом помещении и подлежащий увольнению в запас в связи с достижением предельного возраста пребывания на военной службе, 10 мая 2006 г. отказался от получения служебного жилья в закрытом военном городке и настаивал на прохождении военной службы до обеспечения жильём по избранному месту жительства. Однако 12 февраля 2007 г. он приказом командира воинской части уволен в запас, а 18 апреля 2007 г. - приказом командира воинской части исключён из списков личного состава воинской части.

 

Таким образом, по делу установлено, что Н. в период прохождения военной службы жильём обеспечен не был и своего согласия на увольнение в запас без предоставления жилья не давал.

 

Данные обстоятельства имеют существенное значение для правильного разрешения дела.

 

В соответствии с частью 1 статьи 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, без их согласия не могут быть уволены с военной службы в связи с достижением предельного возраста пребывания на военной службе без предоставления им жилых помещений.

 

Распределение Н. служебного жилья в закрытом военном городке незадолго до достижения им предельного возраста пребывания на военной службе и в период проведения мероприятий по увольнению в запас не свидетельствует об обеспеченности его жильём, поскольку в силу пункта 1 статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» такое жилье военнослужащим предоставляется только на срок военной службы. Как пояснил в суде представитель должностного лица, заявитель мотивировал отказ от распределённой ему квартиры тем, что она является служебной, а согласно справке начальника КЭЧ района жилой фонд, в котором заявителю была распределена квартира, приватизации не подлежит, квартиры по договору не сдаются, бронирование запрещено.

 

К тому же, как видно из исследованной в суде выписки из заседания жилищной комиссии воинской части от 10 марта 2007 г., жилищная комиссия ходатайствовала о постановке заявителя в очередь на получение квартиры в Самарскую КЭЧ в строящемся доме.

 

При таких данных приказ командира воинской части от 12 февраля 2007 г. об увольнении заявителя с военной службы без предоставления жилья противоречит положениям статьи 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

 

Таким образом, вывод суда кассационной инстанции о том, что командование имело право на увольнение Н. с военной службы, поскольку заявитель являлся обеспеченным жильём по месту военной службы, нельзя признать правильными, так как он основан на ошибочном толковании норм материального права.

 

Определение по делу № 3н-285/08

 

2. Суд не может под видом разъяснения решения изменять его содержание.

 

Решением военного суда гарнизона - войсковая часть 10706 от 20 марта 1998 года действия командира Ленинградской военно - морской базы, связанные с необеспечением жилой площадью ветерана подразделений особого риска капитана 2-го ранга Р. и членов его семьи, признаны незаконными. Суд обязал указанное должностное лицо обеспечить заявителя и двоих его детей благоустроенной жилой площадью по месту прохождения им службы по нормам, предусмотренным законодательством, с учетом права заявителя на дополнительную жилую площадь в виде отдельной комнаты.

 

27 мая 1998 года судебным приставом - исполнителем возбуждено исполнительное производство, а 23 сентября того же года - окончено в связи с тем, что заявителю и двум его сыновьям командованием была выделена отдельная двухкомнатная квартира в городе Ломоносове (г. Санкт-Петербург) общей площадью 63,6 м кв.

 

В данной квартире отсутствовала отдельная комната для реализации права заявителя на дополнительную жилую площадь. Вместе с тем 31 января 2000 года Р. написал заявление в Управление по учету и распределению жилой площади о том, что он и оба его сына согласны переселиться в указанную квартиру, что в последующем было осуществлено, а в 2005 году Р. и один из его сыновей это жилое помещение приватизировали.

 

В мае 2000 года Р. получил ордер, после чего обратился к командиру Ленинградской военно-морской базы с заявлением об обеспечении его дополнительной жилой площадью в соответствии с решением военного суда гарнизона, однако 16 июня 2000 года командиром в удовлетворении заявления отказано со ссылкой на то, что, получив ордер на двухкомнатную квартиру, Р. тем самым выразил согласие на получение жилья без предоставления дополнительной жилой площади.

 

9 апреля 2001 года Октябрьский федеральный суд Адмиралтейского района города Санкт-Петербурга, рассмотрев жалобу Р. на действия судебного пристава-исполнителя, окончившего исполнительное производство, признал их неправомерными, после чего 27 апреля 2001 года заявителю был выдан исполнительный лист для исполнения решения военного суда гарнизона от 20 марта 1998 года.

 

6 июня 2007 года судебным приставом-исполнителем повторно возбуждено исполнительное производство по исполнению решения военного суда в отношении Р.

 

10 июля 2007 года гарнизонная жилищная комиссия военно-морских частей Санкт-Петербургского гарнизона в порядке исполнения судебного решения на семью из трех человек, с учетом права Р. На дополнительную жилую площадь в виде комнаты, выделила ему трехкомнатную квартиру в городе Пушкине Санкт-Петербурга, общей площадью 75,34 м кв., от вселения в которую Р. отказался.

 

12 октября 2007 года командир Ленинградской военно-морской базы обратился в Октябрьский районный суд города Санкт-Петербурга с заявлением о прекращении исполнительного производства по исполнительному листу, выданному на основании решения от 20 марта 1998 года, ссылаясь на то, что Р. безосновательно отказался от получения предложенного ему жилья в виде отдельной трехкомнатной квартиры с учетом его права на дополнительную площадь.

 

28 ноября того же года в удовлетворении данного заявления было отказано.

 

14 января 2008 года Р. обратился к командиру Ленинградской военно-морской базы и к судебному приставу-исполнителю с ходатайством, в котором, указав, что решение от 20 марта 1998 года исполнено не в полном объеме, просил предоставить ему квартиру на условиях мены либо комнату или однокомнатную квартиру по договору социального найма.

 

22 февраля 2008 года командир Ленинградской военно-морской базы обратился в 224 гарнизонный военный суд (ранее - военный суд гарнизона - войсковая часть 10706) с заявлением о разъяснении решения от 20 марта 1998 года, в котором просил разъяснить, является ли надлежащим исполнением данного решения его действия, выразившиеся в предоставлении Р. квартир: двухкомнатной в 2000 году и трехкомнатной в 2007 году.

 

224 гарнизонный военный суд, признав, что решение от 20 марта 1998 года должностным лицом, предоставившим Р. трехкомнатную квартиру в городе Пушкине (г. Санкт-Петербург), надлежаще исполнено, что в силу закона исключает его разъяснение, отказал в удовлетворении заявления о разъяснении судебного решения.

 

Балтийский флотский военный суд отменил определение гарнизонного военного суда об отказе в разъяснении судебного решения и разрешил вопрос по существу, разъяснив, что для полного исполнения указанного судебного решения ему надлежит обеспечить Р. дополнительной жилой площадью в виде отдельной комнаты.

 

Военная коллегия отменила определение флотского военного суда и оставила в силе определение гарнизонного суда по следующим основаниям.

 

В соответствии со статьей 202 ГПК РФ, в случае неясности решения суд, принявший его, по заявлению лиц, участвующих в деле, судебного пристава-исполнителя вправе разъяснить решение суда, не изменяя его содержания. Разъяснение решения суда допускается, если оно не приведено в исполнение и не истек срок, в течение которого решение суда может быть принудительно исполнено.

По смыслу указанной нормы закона суд не может под видом разъяснения изменить, хотя бы частично, существо решения, а должен при наличии к тому оснований только изложить его в более полной и ясной форме.

 

Как усматривается из содержания решения военного суда гарнизона от 20 марта 1998 года, оно как в мотивировочной, так и в резолютивной части сформулировано ясно, четко и не могло вызвать различное его толкование.

 

Отменив же определение гарнизонного военного суда об отказе в разъяснении данного решения и указав командиру Ленинградской военно-морской базы на необходимость обеспечить заявителя Р. дополнительной жилой площадью в виде отдельной комнаты, флотский военный суд в своем кассационном определении по существу возложил на должностное лицо дополнительную обязанность, не содержавшуюся в решении от 20 марта 1998 года, тем самым фактически изменив содержание решения.

 

Что касается жилищных условий Р., возникших после вступления решения суда в законную силу, а также действий командования по обеспечению его жилой площадью в соответствии с данным судебным решением, то указанные обстоятельства, на которые сослался суд кассационной инстанции в обоснование своих выводов, касались вопросов исполнительного производства, а поэтому не относились к предмету судебного разбирательства по разъяснению судебного решения в порядке статьи 202 ГПК РФ.

 

Определение по делу № 6н-385/08

 

Управление по работе с законодательством 

Здесь будет ссылка на мобильный сайт.
FineFinance.ru - информационный портал